Российские власти заставят граждан стать еще беднее и обещают, что уровень жизни либо будет стагнировать, либо упадет. Слегка или заметно — как повезет.

Обновленные экономические предвидения и планы наших руководителей опубликованы в последние дни отчасти официальным порядком, а частично в виде утечек. В роли формального их источника выступает Минэкономразвития, но основные пункты, судя по всему, согласованы с главами не только Минфина, но даже и Центробанка, глава которого еще недавно довольно запальчиво спорила с шефом МЭРа.

Перед нами, следовательно, не какие-то ведомственные рассуждения, а объединенная позиция капитанов нашей экономики и финансов. И вдобавок одобренная вождем. Или хотя бы принятая им к сведению на так называемом «Совещании по экономическим вопросам», в котором участвовали те же Силуанов, Набиуллина и Орешкин, а отсутствие зицпремьера лишь подчеркивало серьезность разговора.

О прошлогоднем «майском указе» Путина можно теперь несколько лет не вспоминать. Он заменен гораздо более унылыми выкладками и прогнозами. По крайней мере, применительно к 2019-му и 2020-му. Правда, когда речь заходит о более отдаленных годах, указ как бы снова вступает в силу и предвидения госпланировщиков обретают неестественно бравурный тон. Но это, конечно, дань ритуалу. А вот их рассуждения о ближайших полутора годах отображают подлинные намерения — и этим интересны рядовому человеку.

Оставим рассуждения об «улучшении инвестиционного климата» и прочие художественные украшения ценителям изящного. Перечислим только те испытания, которые, по мысли экономических начальников, предстоит пережить нам, обычным людям.

Сценариев у них для нас три. Начнем с самого оптимистичного — названного, однако, «базовым».

В этом варианте 2019-й год будет хуже 2018-го, но не радикально. ВВП вырастет на 1,3% (вместо 2,3% прошлогодних, в которые, однако, мало кто поверил), оборот розничной торговли — тоже на 1,3% (было 2,8%), а реальные располагаемые доходы — на 0,1%, т. е. в точном соответствии с прошлогодними рапортами.

Если отжать традиционные статистические приукрашивания, то доходы людей в нынешнем году имеют шансы очередной раз снизиться, пусть и несильно. А небольшой рост покупок товаров и услуг, если он действительно будет зафиксирован, обеспечат потребительские кредиты, портфель которых по прогнозу вырастет за год на 20%.

Власти очень озабочены легкомысленным залезанием граждан в долги и «после вступления в силу регуляторных ограничений с 1 октября 2019 года» надеются покончить с этим безобразием — чтобы в 2020-м увеличение портфеля потребкредитов упало до 4%.

Ясно, что это ударит по потреблению. Рост розничного товарооборота в 2020-м должен будет снизиться до 0,6%, несмотря на предполагаемое в этом сценарии ускорение подъема ВВП (1,7%) и увеличение располагаемых доходов (1,5%).

То есть даже в оптике казенного оптимизма нынешний и следующий годы обещают стагнацию реального уровня жизни. Но составители планов не оставляют нас без слова утешения, подсказывая, что «негативный шок от замедления потребительского кредитования» граждане могут смягчить, например, тратой накоплений, залежавшихся у них на счетах. Неглупый, согласитесь, совет.

Впрочем, «базовый» сценарий, как уже говорилось, — самый легкий и приятный для народа. Настоящий ужас может наступить, если борьба властей с потребкредитованием не увенчается победой. Если его рост не удастся остановить, то где-то года через полтора пузырь лопнет сам, и мы попадем в сценарий «внезапной остановки потребительского кредитования, причиной которой станет резкое ухудшение платежеспособности заемщиков при дальнейшем росте долговой нагрузки». Вот это уже будет кошмар: «экономика войдет в рецессию, ВВП сократится», а расходы домохозяйств на конечное потребление упадут процента на четыре, если не больше.

Однако не исключу, что это тот случай, когда предстоящие бедствия начальством слегка преувеличиваются. Ведь главная цель урезки потребительского кредитования — перенаправить деньги на «инвестиции», т. е. принудить финансовые учреждения выдавать кредиты не гражданам, а доверенным магнатам, осуществляющим нацпроекты. В чьих интересах наши магнаты распорядятся легко доставшимися деньгами, неясно. Или, наоборот, слишком ясно. Но изъять эти средства у простонародья решено как можно быстрее. Отсюда и изображения ужасов, которые обрушатся на рядовых людей, если начальство не убережет их от попадания в кредитное рабство.

Если сценарий № 2 нарочито мрачен, то третий вариант — самый, возможно, вероятный, но названный почему-то «консервативным», — изложен как-то уж чересчур легкомысленно.

Оба предыдущих сценария исходили из того, что мировая экономика будет расти хоть и не так быстро, как недавно, но все же достаточно уверенно — процента на три в год. А как быть, если она въедет в застой или спад?

«Консервативный» сценарий как раз об этом. Но безо всяких интеллектуальных изысков и попыток изобразить связную картину всемирного кризиса. В модель просто заложили слегка пониженную нефтяную цену — $42,5 за баррель в 2020-м вместо $57 в «базовом» сценарии, а также слегка повышенный курс доллара — 69 руб. вместо 66 руб. Разумеется, серьезный глобальный кризис отзовется у нас более крупными и разнообразными событиями, чем удорожание доллара на три рубля.

Неискренняя мягкость «консервативного» сценария вызвана страхом признаться главному заказчику всех наших планов, а попутно и народу, что этот вполне вероятный мировой спад заведомо перечеркнет грезы о росте российской экономики и очередной раз снизит уровень жизни рядовых людей. С теми же параметрами, которые в этом сценарии выдаются за кризисные, можно уверять, что и в таком варианте ВВП в 2020-м хоть чуть-чуть, но вырастет, а располагаемые доходы поднимутся на один процент.

Вот вам и обгон Германии, цифровизация, демографическое чудо и взлет качества жизни, анонсированные как вехи очередной путинской шестилетки.

Никто не называет 2018-й год успешным, хотя статистику кое-как и подтянули. От нынешнего 2019-го даже начальство ждет еще меньше удач. А на 2020-й оно проектирует добавочные приключения для граждан — и внутренние, и внешние.

Все казенные сценарные ориентиры первой трехлетки текущего президентского срока варьируют между стагнацией уровня жизни и его более или менее заметным спадом. Одно утешение: чудеса, записанные на вторую трехлетку, никто не отменял. До нее еще далеко, и применительно к ней «майский указ» остается в полной силе.

Источник