Ирак, за десять лет не сумевший начать разработку одного из своих крупнейших месторождений Мансурия, расторг контракт с консорциумом во главе с турецкой ТРАО и намерен найти новых инвесторов. Теперь контроль в месторождении может получить российская «Газпром нефть». Эксперты полагают, что доля в проекте может быть интересна и «Роснефти», а также международным мейджорам. Но европейских игроков, по их мнению, оттолкнет политическая нестабильность в стране.

Ирак планирует начать новый раунд лицензионных торгов на крупное газовое месторождение Мансурия, после того как власти страны расторгли контракт с консорциумом во главе с турецкой госкомпанией ТРАО. Об этом заявил министр нефти Ирака Ихсан Абдель-Джаббар, не уточнив причин аннулирования соглашения.

Мансурия расположена в провинции Дияла неподалеку от границы с Ираном, ее запасы оцениваются в 130 млрд кубометров газа. Консорциум, в который помимо ТРАО (37,5%) входили также Kuwait Energy (22,5%) и южнокорейская Kogas (15%) вместе с иракской госкомпанией Midland Oil Company (25%), получил лицензию на Мансурию еще в 2010 году. Начать добычу планировалось в 2015 году, однако из-за войны с ИГ (запрещено в РФ) в 2014 году консорциум объявил форс-мажор.

Сейчас, когда ситуация стабилизировалась, Ирак выберет в качестве партнера компанию, которая «предоставит лучшие технические решения для эксплуатации и разработки месторождения».

Участие в проекте Ихсан Абдель-Джаббар 15 октября обсудил с главой Total Патриком Пуянне, как и участие французской компании в проектах по утилизации попутного газа нефтяных месторождений.

Крупнейшим российским инвестором в Ирак является ЛУКОЙЛ. Компания работает на месторождениях Западная Курна-2 и Эриду, но, как сообщал год назад вице-президент компании по добыче нефти и газа Азат Шамсуаров, пока ЛУКОЙЛ не планирует участвовать в тендере на Мансурию. В ЛУКОЙЛе не стали комментировать ситуацию.

Основным претендентом на участие в тендере с российской стороны остается «Газпром нефть». В компании “Ъ” напомнили заявление главы «Газпромнефть-Развития» Айдара Сарварова, который в конце сентября отмечал, что компания до конца года ожидает решения властей Ирака об участии в разработке Мансурии. В конце 2019 года министр нефти Ирака Самир Гадбан говорил, что «Газпром нефть» может получить в проекте до 51%. По его словам, окончательная доля будет зависеть от того, войдет ли «Газпром нефть» в проект одна или в составе консорциума. Сейчас «Газпром нефть» в качестве оператора с долей в 30% разрабатывает в Ираке месторождение Бадра (запасы 3 млрд баррелей нефти).

Как отмечает директор по исследованиям Vygon Consulting Мария Белова, будущих участников нового консорциума по освоению газового месторождения Мансурия следует искать среди компаний, уже работающих в Ираке или Курдистане. Их список достаточно длинный: от мейджоров в лице ExxonMobil, Shell, BP, Eni, Total до азиатских CNOOC, CNPC, Kogas, Inpex, Itochu. Но, учитывая высокие политические и военные риски в стране, вряд ли к проекту проявят интерес европейские компании, отмечает эксперт. По объему запасов месторождение считается средним, его предназначением скорее будет покрытие локальных потребностей в газе, тем более что за последние три года спрос на газ в ранее самодостаточном Ираке начал опережать предложение и в 2019 году превысил его в два раза, говорит госпожа Белова. Она уточняет, что запланированная добыча на Мансурии покроет около 13% от текущих объемов потребления Ирака.

Евгения Дышлюк из Газпромбанка отмечает, что, несмотря на то что у «Газпром нефти» есть опыт работы в Ираке на месторождении Бадра, она не занимается отдельно развитием газового бизнеса — это прерогатива ее контролирующего акционера «Газпрома». По мнению госпожи Дышлюк, проект мог бы быть интересен «Роснефти», которая наращивает присутствие за рубежом.

Источник